2020-02-20T17:21:56+03:00

Капитаны песка

Наш обозреватель Денис Горелов - о сериале "Русский перевод"
Денис ГОРЕЛОВкинокритик
Поделиться:
Комментарии: comments22
Никита Зверев в роли Обнорского в «Русском переводе». Фото: Кадр из фильмаНикита Зверев в роли Обнорского в «Русском переводе». Фото: Кадр из фильма
Изменить размер текста:

Труд советского военспеца в пустыне подобен миссии цивилизатора в «Трудно быть богом» - недаром Аркадий Стругацкий вышел из среды военных переводчиков

На исходе века битва сверхдержав ушла в третий мир, моделью производства соответствующий раннему Средневековью. Антагонистические колоссы с равным успехом строили там демократию и социализм, одинаково невозможные в допромышленную эру. На теоретическом обосновании химеры скачкового развития там и здесь кормились орды академических дармоедов. Расхлебывать их передовые теории приходилось людям в погонах, старательно притворявшимся людьми без погон. Русская ненависть к жаре, песку, воплям муэдзинов и замедленному маху лопастей вентилятора резонировала с американской ненавистью к жаре, джунглям, карканью попугаев и замедленному маху лопастей вентилятора. В нашем случае феодальная грызня, алчность, интрига и генетическая склонность воспитуемых народов к предательству не могли не заражать русскую колонию грызней, алчностью, интригой и склонностью к предательству (процент изменников среди генеральских и цековских детей, протырившихся в загранкомандировки, издавна волновал историков национальной разведки). «Русский перевод» стал вторым после «Бригады» смыслообразующим высказыванием российского ТВ о временах позора, сбоя ориентиров и повышенной ценности мужских законов хотя бы цехового братства.

Герой фильма Андрей Обнорский получил загадочную специальность военного переводчика и, как все носители загадочных специальностей, на вопросы отвечал улыбкой, в гражданском выглядел переодетым, любил блондинок за обманчивую простоту (сложности хватало своей) и спорадически напивался в хлам, отвечая на гнев начальства все той же улыбкой. Легкость в движениях массивного тела говорила о частой необходимости бегать с грузом, сигарета и закадровый голос заполняли неизбежные у молчунов паузы - этому еще Штирлиц научил. Избранная им блондинка служила в «Аэрофлоте», тоже отвечала на вопросы улыбкой и в гражданском тоже казалась переодетой. Как говаривал в бессмертной зеленой книжке лидер ливийской революции товарищ Каддафи, «Мужчина - это человек. А женщина - тоже человек» - и, стало быть, никакая загадочная специальность ей тоже не чужда. Штыковые, ножевые и осколочные ранения в таких обстоятельствах являются житейской прозой, а от более серьезных неприятностей берегут физподготовка и хорошее знание местных наречий.

Дремучее средневековье в книге Стругацких истребляло книжников, словно первохристиан. В «Русском переводе» оно же охотится за носителями правил, выщелкивая из рядов сахибов каждого, кому жизнь личного состава дороже восточных интриг Центрального Комитета, а бесплатная поставка вооружений не повод для небольшого личного гешефта.

Вышедший в 2007-м «Перевод» стал обидным фальстартом. Дельные сериалы еще не имели системного зрителя, позже мобилизованного сетью (качественной критики им не хватает и сейчас). Профильно мужское «кино с Владимиром Епифанцевым», в последние годы оформившееся в отдельный жанр, еще не завоевало устойчивого сегмента рынка и не зондировало выход на более широкую аудиторию (в «Переводе» у Епифанцева короткая, но памятная роль - как и у будущей звезды военно-диверсионного кино Кирилла Плетнева). На их фоне главному исполнителю Никите Звереву не хватило дерзости и блатного куража, в нем слишком угадывался именно офицер, человек расчета, а не азарта, - а у таких в политике перспектив больше, чем на экране. К тому же сюжетная линия «самец-наблюдатель в условиях хаотического беспредела», впервые заявленная у нас «Братом», целиком осталась в 90-х. Общество структурировалось одновременно с телерынком, время флибустьерствующих одиночек прошло. Арабисту старлею Обнорскому настал черед двигать снова оформившуюся национальную политику на восточном фронте - для чего он себя и муштровал на первых курсах восточного факультета.

А фильм о супермене среди арабской вязи шкурных интересов местных князьков и московских бонз остался не до конца востребованной, но все же жемчужиной канувшей эпохи самоликвидации государства, службе которому посвятили себя крепкие мужчины, неловко прикидывающиеся людьми без погон.

«РУССКИЙ ПЕРЕВОД»

Реж. Александр Черняев

(повторный показ на канале «Звезда» с 18 февраля)

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Кино и сериалы с Денисом Гореловым»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также