2018-10-01T10:54:15+03:00

Алексей Сальников: Розовые колготки - это адский ад, случившийся в моей жизни

С началом сезона гриппа автор популярного гриппозного романа рассказал о болезненных изменениях сознания у жителей мегаполисов
Поделиться:
Комментарии: comments2
Писатель Алексей СальниковПисатель Алексей СальниковФото: Евгения КОРОБКОВА
Изменить размер текста:

Осенний грипп уже начал шагать по Москве. Причем, как проанонсировала глава Роспотребнадзора Анна Попова, в компании вируса ходит два новых штамма и медики (без энтузиазма) ждут в октябре первую волну заболевших. Но расстраиваться рано. Во-первых, кампания по вакцинации уже началась. Во-вторых, грипп - отличный повод наконец прочитать "вирусную" книгу Алексея Сальникова «Петровы в гриппе» - самую яркую литературную новинку этого года.

О том, как извлечь вдохновение из болезни корреспондент "КП" поговорила с самим автором во время книжной ярмарки "Сибирская Ипокрена".

- Алексей, в романе вам здорово удалось передать гриппозный полубред сумрак, блуждание на ватных ногах, жажду, когда пьешь, а вода не приносит радости. Признайтесь, вы сами грипповали, пока писали книгу?

- А вот и нет. Лучше всего лето описывать зимой, а зиму - летом. Я писал это весной, когда было очень тепло и никаким гриппом я уже не болел. К тому же я не мог в течение нескольких месяцев болеть гриппом, а книгу я несколько месяцев писал.

ЦИТАТА ИЗ КНИГИ:

"Стоило только Петрову поехать на троллейбусе, и почти сразу же возникали безумцы и начинали приставать к Петрову. Был только один, который не приставал – тихий пухленький выбритый старичок, похожий на обиженного ребенка. Но когда Петров видел этого старичка, ему самому хотелось подняться со своего места и обидеть старичка еще больше".

- Многие скептически относятся к неожиданной славе вашего романа "Петровы в гриппе" и считают, что вы проект...

- Чей проект? Есть такие люди с конспирологической логикой, они уверены, что вся литература делается какими-то сверхкорпрациями. Не знаю, как они себе это представляют, наверное, что сидят где-то старенькие члены КПСС и шамкают: а не спустить ли нам вот такой тренд... Ничей я не проект. И получению премий я сам удивился, если честно. Особенно тому, что "Нацбест" получил после "НОСа", ведь, исходя из той же конспирологической логики, если ты получаешь одно, то другое уже как бы не должен получить...

- С чего родилась идея книги?

- Сначала у меня возникло несколько совершенно безумных героев, которые по отдельности - совершеннейшие психопаты, а вместе - вроде и ничего, поэтому они не замечают, что они ненормальные. Я долго не знал, что дальше делать, но однажды ночью мне пришла идея про снегурочку. Как главный герой в детстве сходил на новогодний праздник, и там его взяла за руку Снегурочка, рука у Снегурочки была холодная, как у настоящей. И отсюда все пошло.

- Понятно, что ваша книга безумно популярная и кучу премий вы отхватили, но о чем она?

- Это роман про семью, глава которой думает, что он совершенно никчемный человек. Вокруг него клубятся невидимые силы, он помог античному богу обзавестись ребенком, но это привело к тому что его любимая смертная женщина его бросила. И Персефона тоже бросила.

- Почему у вашего гриппозного героя фамилия Петров?

- Так ведь у меня у матери девичья фамилия Петрова, потом она замуж вышла и стала Иванова. Я подумал, что это так странно…

ЦИТАТА ИЗ КНИГИ:

"Диванчику у стены было столько лет, что по признаниям заведующей, которая только выглядела чопорной, она с мужем зачала на нем двух первых детей, а дети у заведующей сами были возраста Петровой. Когда Петрова стала встречаться с Петровым, да и после свадьбы тоже, они последовали примеру старшего поколения и, как бы метя территорию, перезанимались сексом почти в каждом из помещений библиотеки, включая сцену в актовом зале, в уютном уголке между роялем и трибуной, под портретом Льва Толстого, причем взгляд его с тех пор казался Петровой не суровым, а сожалеющим, что он не имел возможности к ним присоединиться".

- Откуда взялась Петрова, жена главного героя?

- Она самоорганизовалась из шутки. Я хотел начать главу так, будто она спит с кем попало, а потом выяснятся что она не с кем попало спит, а совсем другое творит. Из этой идеи она и родилась.

- Ваша Петрова очень странная. Она только и думает, кого бы прибить. Однажды она резала лук, и когда Петров подошел сзади, чтобы обнять - она ему вонзила нож в какую-то часть тела…

- Ну да, потому что одна из идей «Петровых» - о том, что у всех есть подпольный мир и с каждым человеком нужно держать ухо востро.

- Вы боитесь свою жену?

- Да вроде, нет, хожу без шрамов, хотя беруш не хватает и умения трансгессировать километров за триста. Господи, мушкетеры кучу народа зарезали не всегда даже по поводу и

Грипп - отличный повод наконец прочитать "вирусную" книгу Алексея Сальникова «Петровы в гриппе»

Грипп - отличный повод наконец прочитать "вирусную" книгу Алексея Сальникова «Петровы в гриппе»

то ничего.

ЦИТАТА ИЗ КНИГИ:

Всего-то год назад, когда Петров-младший ходил в первый класс, теперь казалось, что просто уйма времени прошла, – они постирали новые розовые колготки сына вместе со своими вещами. Нужно было сразу понять, что от этих колготок не стоит ждать ничего хорошего, и тем более не стоило их совать в стирку с другими вещами тогда еще, когда они безо всякой стирки отлиняли на ноги Петрова-младшего, раскрасив их по всей длине ровным оттенком, причем цвет был такой, что Петровы так и не поняли, что это за цвет, Петров говорил, что это розовый, а Петрова говорила, что фиолетовый. После стирки колготки правда стали фиолетовыми, зато на белой футболке Петрова, на белых носках Петровой, на белых и голубых майках Петрова-младшего остались отчетливые пятна ядовитого розового цвета.

- Как создавались разные эпизоды книги, например, про колготки, покрасившие вещи в другой цвет?

- Это реальная история. У меня сыну лет одиннадцать было, когда мы стали друг друга обзывать нехорошими словами окрашивающими друг друга в оттенки лгбт. Я его всегда травил розовыми колготками, которые он во втором классе носил. А однажды так случилось, что жена забыла эти колготки в машинке с белыми вещами. И случился ад. Можно было заподозрить что при стирке она что-то имела в виду, но можно было догадаться что так и будет.

- В книге есть эпизод, описывающий визит писателя в литературный журнал. Старичок-редактор хвалит кусок про то, как главная героиня после урока физ-ры заправила юбку в колготки, а потом шла и болтала с одноклассником и ничего не заметила, потому что ей очень понравился мальчик...

- А это же я визит свой в журнал описал. Но вообще я стараются не затрагивать интимную часть своей жизни. Когда пишешь, наступает такой момент, когда текст сам собой складывается и не нужно ничего придумывать.

- То есть, вы не властны над героем?

- Так никто не властен. Герой, постепенно набираясь подробностей, становится живым человеком, как каждый из наших знакомых. Люди, которых мы видим - это просто проекции мозга. И литературный персонаж - тоже проекция. Они ничем не отличимы вообще, поэтому можно от них ожидать разве что некоторой свободы. Свободы воли, например.

- А как у вас происходит процесс письма, процесс создания шуток?

- Я работаю оценивателем того, что предлагает мозг. Голова подсовывает разные варианты, подсказывает, что будет дальше, а ты говоришь: да ну фигня, придумывай еще. Вот это и есть процесс творчества. Мы собственного-то мышления наблюдатели, не то что творчества.

ЦИТАТА ИЗ КНИГИ

"Я сама все детство в костюме зайца проходила, в одном и том же практически. У меня на зайцев аллергия, можно сказать. На этот хвостик на шортах, на эти уши на проволочках. У меня такая заячья шапка была, уже желтая от стирок многочисленных. Это ужасно было, – сказала учительница. – А костюм снежинки – чистая профанация. Просто белое платье. Это просто за гранью, просто белое платье надеть и говорить, что это костюм, ну смешно же просто".

- Кстати, ваш герой, слесарь Петров - рисует черно-белые комиксы. Не появится ли в будущем книга комиксов Петрова?

- Нет, нет, комиксов не будет. Я сейчас пишу новый роман. Давно заметил, что в сфере культуры работает много женщин. Просто подавляющее количество женщин. И мой роман будет про женщин, которые пишут стихи. Должно получиться весело. А комиксы я не настолько люблю, чтобы их рисовать сейчас.

- А, то есть, любовь Петрова к комиксам - это тоже ваша черта?

- Я в детстве читал их. У нас в свердловской области был даже региональный журнал комиксов, спонсировавшийся союзом ветеранов Афганистана. Но потом у них редакция сгорела и все заглохло. Но осталось желание сделать слесаря художником комиксов.

- Традиционный вопрос: кого из авторов почитали, кого порекомендуете?

- Вы не поверите, Салтыков-Щедрин. Я открыл «Господ Головлевых» - и это просто... это даже словами не передать, как прекрасно. После «Господ Головлевых» даже Достоевский меня не впечатлил ничем.

Другие шутки из «Петровых в гриппе»

«Так жалко всех этих людей, что там (в литературной студии) раз в неделю собираются, что хочется заколотить их в конференц-зале и сжечь библиотеку, чтобы они не мучились».

«Рядом с урной было столько окурков, будто урна ждала кого-то на свидание и много курила»

«Петров сел на место возле печки, так что жар сначала нагрел его лодыжки и стал подниматься выше, по ощущениям это было как обмочиться, вися вверх ногами»

«Он непрерывно упрекал себя за то, что сошел с верной дороги онанизма на тропу случайного секса».

"Помимо каких-то ватных штанов, на Викторе Михайловиче был еще турецкий свитер горчичного цвета, какие уже носили только на приусадебных участках в холодную погоду, живот свитера украшала надпись « team boys», сильно подпираемая изнутри телесами хозяина дома".

«В дни спокойствия ничего не могло вывести ее из равновесия. Другое дело, что с первого взгляда не всегда можно было отличить один период от другого. Как-то Петров купился на ее мирный вид в то время, когда она шинковала лук и вытирала слезки тыльной стороной ладони, полез к ней с объятиями со спины, и жена, зевнув, как от скуки, быстро и глубоко взрезала ему предплечье во всю длину. Петров тогда удивился не этому ее поступку, а тому, насколько острые ножи у них в доме».

"Вообще, у Петрова возникало ощущение, что родители растили его только для того, чтобы он зачал им внука, если бы внука можно было получить как-нибудь опосредованно, избегнув возни с самим Петровым, – родители бы с удовольствием последовали этому рецепту. Петров поделился этой мыслью с женой, и она сказала, что у нее возникает точно такое же чувство".

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Евгения КОРОБКОВА

 
Читайте также