Общество

На доске по дикому краю: В Хабаровске Максим Харченко в день рождения Геннадия Невельского рассказал, как повторил маршрут знаменитого адмирала

Путешествие длилось 72 дня, и в конце пути он едва не сдался
Сахалин, мыс Погиби - конечная точка маршрута Максима Харченко

Сахалин, мыс Погиби - конечная точка маршрута Максима Харченко

Фото: Предоставлено героем публикации

БУДЬ ЧТО БУДЕТ, Я ЭТО СДЕЛАЮ

Один гребок веслом на сапборде продвигает доску на расстояние от 30 сантиметров до полутора метров - для того, чтобы преодолеть около 1000 километров на утлом суденышке с отстегивающимся килем, дальневосточнику Максиму Харченко потребовалось сделать более полумиллиона таких гребков. Экспедиция, казавшаяся вначале безумной невыполнимой авантюрой, в итоге заняла 72 дня, начавшись на мысе Олимпиады (Приморский край) и завершившись на мысе Погиби (остров Сахалин). 1000 километров - это всего в шесть раз меньше, чем знаменитый «заплыв» Тура Хейердала на плоту «Кон Тики» через Тихий океан. Вот только норвежец был не один, и плот - это не узкая доска, на которой можно только стоять.

Красная линия на карте - маршрут экспедиции протяженностью в тысячу километров

Красная линия на карте - маршрут экспедиции протяженностью в тысячу километров

Фото: Социальные сети

- Год назад я нарисовал эту тонкую красную линию на карте, - вспоминает Максим. - Нарисовал, откинулся в кресле и посмотрел на карту ещё раз, очень внимательно посмотрел. Это очень важный момент - ты принимаешь окончательное решение. Как бы спрашиваешь себя: «Ну что, готов?». Хладнокровно пробегаешь глазами по красной линии и отвечаешь: «Да… готов». Ты встаешь с кресла, подходишь к окну, смотришь в бесконечную даль (у меня такой вид из окна) и говоришь с чувством глубокого внутреннего спокойствия: «Будь что будет, я это сделаю». Вот именно с этого момента и начинается экспедиция.

Толчком к путешествию стала книга Геннадия Невельского «Подвиги русских морских офицеров на крайнем востоке России». Максима этот человек, который с небольшой командой отправился в неизвестность - изучать заповедный Дальний Восток, человек, против которого были все, кроме Николая I и графа Муравьева-Амурского, - восхитил. И очень захотелось пройти тем же путем, что и шхуна «Байкал», по местам, которые как были дикими при адмирале Невельском, так и до сей поры остаются не слишком-то цивилизованными.

Путешествие проходило под эгидой Русского географического общества

Путешествие проходило под эгидой Русского географического общества

Фото: Предоставлено героем публикации

- Хотелось напомнить людям, что этот великий человек сделал для Дальнего Востока и всей страны, ведь именно благодаря Геннадию Невельскому Россия признала нужность и полезность этого богатейшего региона, начала его осваивать, - рассказывает путешественник. - Ну и себя, конечно, хотелось испытать. Смогу ли я?

Экспедиция прошла под флагом Русского географического общества, при поддержке международного хабаровского аэропорта, носящего имя Геннадия Невельского.

ВЕС И ЕЩЕ РАЗ ВЕС

К сведению: сапборд - специальная доска для гребли стоя, родина - Гавайи, туземцы использовали такие плоты для того, чтобы перевозить пожитки. Популярной стала не так давно, но постепенно завоевывает мир. Причина проста: сапборд очень удобен и не требует каких-то специфических навыков, как говорят специалисты, стать «уверенным пользователем» сапа можно буквально за несколько часов. Дальние путешествия на сапборде стали возможными после того, как придумали отстегивающийся плавник, без него вытащить на берег или спустить на воду груженный сап не представлялось возможным.

Ночевать приходилось в палатке, готовить самому

Ночевать приходилось в палатке, готовить самому

Фото: Предоставлено героем публикации

- Подготовка к экспедиции - это отдельная песня. Мой сап может выдержать 130 килограммов веса, во мне 70, все остальное - это припасы минимум на два-три месяца. Еда, газовые баллоны, одежда, снаряжение, аппаратура, запасные батареи, специальное устройство, чтобы их заряжать от солнца, палатка. Поэтому, когда собираешься, берешь с собой только самое необходимое. Сколько нужно зубной пасты на это время? Две трети тюбика, значит, берешь и выдавливаешь ненужное, каждый лишний грамм на счету. Взять с собой два или три фальшфейера? Что важнее: фальшфейер или вяленое мясо? Мясо. Берем один. И так со всем, - улыбается путешественник. - Когда ты один, жизнь зависит от тысячи разных мелочей, и надо их предусмотреть заранее, хотя и не всегда получается. Кстати, почти четыре килограмма этого мяса пришлось выкинуть на второй день пути, сап все же оказался перегружен и очень тяжело было держать баланс.

ТЫСЯЧА КИЛОМЕТРОВ ОДИНОЧЕСТВА

Начинать большое путешествие лучше с небольшого шага, в случае Максима небольшой шаг - это четыреста километров по побережью от мыса Олимпиады в Приморье до границы с Хабаровским краем, своеобразный разогрев. Затем был рывок до мыса Лазарева, точнее несколько рывков с многокилометровыми скальными бастионами, тянущимися от Советской Гавани до Де-Кастри и не дающими высадиться на берег, с горными обвалами, пронизывающим холодным ветром, отвратительной погодой, не дающей отправиться в путь после ночевки, и прочими прелестями пустынного побережья.

Иногда попадались на пути поселки, иногда рыбаки, которые, качая головой, подкармливали путешественника то рыбой, то крабами, то моллюсками. Все лучше, чем курага и чернослив на обед и макароны с соевым соусом на ужин. Хотя чаще Максиму встречались дикие животные: нерпы, лоси и медведи.

- Ружье тяжелое, и нужны навыки, чтобы им пользоваться, поэтому ружья у меня не было. А вот медведи были. Единственное оружие - хлопаешь в ладоши и поднимаешь шум. Они уходят. Другое дело, если ты лежишь в палатке, и медведь совсем рядом, за тонкой стенкой. Тут лишний шум может спровоцировать его на нападение. Ты слышишь, как он бродит по берегу, обнюхивает твой сап, пахнущий рыбой, вот он перевернул котелок и изучает, чем ты ужинал, вот палатка заходила ходуном - это он задел одну из растяжек, слышишь его дыхание. В такие моменты пытаешься стать тонким, как лист бумаги. Лежишь, стараешься не дышать и чувствуешь, как стекают по телу струйки пота, - делится воспоминаниями Максим.

Нерпа - еще один случайный попутчик

Нерпа - еще один случайный попутчик

Фото: Предоставлено героем публикации

БЕГИ, ФОРРЕСТ, БЕГИ!

- Иногда просто хотелось все бросить и опять вернуться к цивилизации. Такое было и в середине путешествия, и особенно в его конце, когда я добрался, наконец, до мыса Лазарева. Хотя изначально планировал финишировать на Сахалине, - вспоминает Максим.

- Отвратительная погода: полчаса - и пролив кипит, еще полчаса - и поднимается такой ветер, что если ты дальше от берега, чем на двести метров, то ты к нему уже не подойдешь; усталость, когда того, что ты отдохнул за ночь, хватает всего на час гребли - все было против меня. В проливе зона невозврата - пятьсот метров: если погода изменится, на материк я уже не вернусь - снесет либо в Татарский пролив, либо в Амурский лиман, и я не в той форме, чтобы выдержать борьбу. Дальше переохлаждение и все. Я позвонил своим знакомым, сказал, что возвращаюсь, что сап не выдержал, у него пробоин на полтора метра в совокупности, что травма кисти, но все оттягивал момент сборов, - делится Максим.

Многокилометровые скальные бастионы, тянутся от Советской Гавани до Де-Кастри и не дают высадиться на берег

Многокилометровые скальные бастионы, тянутся от Советской Гавани до Де-Кастри и не дают высадиться на берег

Фото: Предоставлено героем публикации

- И тут мне приходит прогноз погоды на завтра - «ясно», окно на несколько часов. «Ну и что», - сказал я себе, подумаешь, все уже решено. Да и местные смеялись: «У нас тут свои прогнозы», но сердце все равно сжалось в предчувствии. Чтобы пересечь пролив, надо дождаться промежутка между отливом и приливом, так называемой «стоп воды», когда течение успокаивается, и у тебя есть примерно несколько часов до пяти утра, чтобы переплыть с материка на остров. Я не стал ставить будильник. Решил: если надо - сам проснусь, - улыбается путешественник.

Иногда на обед были макароны, а на ужин - крабы

Иногда на обед были макароны, а на ужин - крабы

Фото: Предоставлено героем публикации

Заснул под удары волн о берег и порывы ветра. Снилось, что я на поле боя, как в фильме про 300 спартанцев, в тунике, бегу на старт перехода «Материк - Сахалин». В одной руке щит и в другой тоже щит. Подумал, зачем мне щиты? Мне нужен сапборд - и проснулся. Как раз вовремя. Штиль. Открыл палатку, а там темень, ничего не видно, вот хоть глаз выколи, и штиль. Еще смешно стало - как я пойду по компасу, если этого компаса не могу в палатке найти? Оказывается, очень плотная облачность упала на землю и придавила собой все: и свет, и волну, и ветер. Вышел наружу и вижу: вдалеке огонек мигает, для себя подумал, что какой-то метеоролог на Сахалине зажег его над дверью. Решил, что на него и пойду - других-то ориентиров нет, не видно ничего. Бегом спустил сап в воду, взял весло и стал грести. Поднялся ветер с Сахалина, волна, формой как пила по металлу, идет прямо на меня. Стал грести, как одержимый, и в голове дурацкая фраза из фильма: «Беги, Форрест, беги!», в моем случае «греби», - делится воспоминаниями Максим.

В пути Максима постоянно сопровождали дикие животные, эти лоси наблюдали за ним целый день

В пути Максима постоянно сопровождали дикие животные, эти лоси наблюдали за ним целый день

Фото: Предоставлено героем публикации

САХАЛИН НАШ!

- Настоящим шоком стало, когда я в темноте уткнулся в фарватерный буй, который расположен всего в двух километрах от берега - тот самый огонек, на который я шел. И я вспоминаю, что буй намного севернее, чем мне надо, и сейчас время уходит, скоро пойдет течение и меня начнет сносить. Нормальный человек повернул бы назад, но за время путешествия что-то меняется. В голове диалог: «Вот еще сто метров погребу и назад, я же не дурак?», потом еще сто метров, и еще сто, - рассказывает Максим.

Сапборд - небольшая доска которая быстро завоевывает популярность в мире

Сапборд - небольшая доска которая быстро завоевывает популярность в мире

Фото: Предоставлено героем публикации

- Начало светлеть, стало видно компас, и я взял азимут строго по нему. Смотрю на карту и понимаю, что это уже середина пути и глупо поворачивать назад. И ветер стих, и у меня есть полчаса, чтобы пройти три километра восемьсот метров, пока он не поменял направление. Я так греб, что весло гнулось, сап просто прыгал на волну. Наверное, если бы участвовал в соревнованиях по гребле - стал бы олимпийским чемпионом. В голове стучало: «Навались, братцы!» - прямо как в XIX веке матросы себя подбадривали. И вот он берег - «Сахалин наш»! Экспедиция все-таки завершилась там, где я и планировал, - на мысе Погиби, - делится Максим Харченко.

Обратно в поселок Лазарев Максима доставили на катере сахалинские метеорологи. Почти полгода прошло после покорения острова, путешественник отдохнул и в новом году снова собирается на штурм, на этот раз цель - залив Счастья в Охотском море, снова по следам великого адмирала. Экспедиция начнется, как только лед на Амуре сойдет.