Общество24 октября 2021 5:25

Депутат Олег Ланков: «Социальная зрелость хабаровчан определяется их отношением к инвалидам»

По мнению народного избранника, в городе для лиц с ограниченными возможностями делается многое, но этого недостаточно
Депутат отстаивает права людей с ограниченными возможностями

Депутат отстаивает права людей с ограниченными возможностями

Фото: Максим МОЛОТОВ

Депутат Хабаровской городской думы член комитетов по городскому хозяйству и социальным вопросам Олег Ланков рассказал «Комсомольской правде» о состоянии доступной среды и о развитии параолимпийского движения в крае.

- Олег Михайлович, вопрос сразу по вашей теме – как в Хабаровске обстоят дела с доступной средой для людей с ограниченными возможностями?

- Проблемы доступной среды в городе Хабаровске начинаются с того, что краевая столица – не ровное поле. Рельеф города с его горами, оврагами, впадинами сложен не то, что для человека с ограниченными возможностями перемещения, а и для полнокровного спортсмена. Добраться своим ходом, скажем с Ленина на Муравьева-Амурского на коляске или, тем более, на костылях практически нереально. Природный ландшафт усугубляется человеческим фактором. В Хабаровске ещё живут прошлым, когда об инвалидах вообще не думали, в смысле доступности среды. И сейчас тоже не видят этих проблем. Не везде, конечно, но в целом вопрос этот как-то обходится стороной. Вот, например, у нас пожалуйста – улица Шеронова спуск с Ленина к Уссурийскому бульвару, левая сторона. На середине – лестница, около энергетической организации. Подъехал колясочник – и встал. Не то, что пандуса – перил нет, за которые он бы мог зацепиться и усилием своих рук мог бы спуститься, подняться… Уже и прокуратура выносила решение конкретно по этому месту. Бесполезно. У районных властей руки не доходят. Таких мест немало.

- За эти кто-то следит? Существует карта непроходимых для колясочников мест в городе?

- Централизованно никто этим вопросом не занимается. Болевые точки такого рода знают все люди, живущие в конкретном микрорайоне. Например, этот спуск на Шеронова – о нем стало известно от некоего местного жителя. Сначала он просто наблюдал в окно, как катятся вниз пенсионеры на костылях, как падают мамы с колясками. Начал вести блог. Рассказывать – сегодня расшиблось столько то. Надзорные органы заметили, сходили – убедились, что все так и есть. Вынесли предписание. Возможно, деньги на это заложили в районный бюджет. Вероятно, так когда-нибудь появится пандус.

- Может быть, это выход – продавливать доступную среду через общественность?

- Я не раз говорил и повторяю: в краевой столице нет системного подхода к доступной среде. Реагировать на жалобы – понятно. Но это все равно, что ямочный ремонт на «убитой» дороге – одно место проедешь, на другом всю подвеску оставишь. Проблема-то системная. Ну, давайте возьмём улицу Краснореченскую. Трамвайные рельсы на всем ее протяжении почти вплотную расположены к автомобильной дороге. То есть там колясочнику не развернуться. Человек на костылях неустойчив – он рискует на полметра качнуться назад или вперед и тут же попасть под автобус или под трамвай. И рельеф плюс ко всему неровный. От Института культуры сильное понижение в сторону парка Гагарина и дальше. По себе знаю – один выход в этот район сравним с этапом в «Форте Баярд». Остановки вообще по всему городу окантованы в зоне посадки бордюром.

- Но не специально же так делали, как получилось, что интересы пусть меньшинства, но социально не вполне защищенных людей не учитывались?

- Исторически получилось. После войны, когда сотни тысяч искалеченных людей вернулось с фронта. Кто-то на дощечках с колесиками, кто на костылях с шапкой для подаяния, некоторые – побойчее – с баянами, многие подвыпившие. Они возникли как явление. И высшее руководство страны решило, что это явление неприглядное и даже позорное. Как это так: страна-победитель, рвемся в космос, до коммунизма рукой подать, а тут какие-то инвалиды-побирушки маячат. Сидеть дома! Вот так оно в ментальность и вошло. Не замечать, что есть такая категория людей. Это вообще характерно для нашего общества. Человек с приобретенным или врожденным физическим недостатком воспринимается как неполноценный, ущербный. То есть как бы недостойный пользоваться бытовыми благами большинства. Такое отношение характерно для детской, дикой поры человечества, когда стариков уносили умирать от голода в горы, потерявшего ногу охотника бросали в саванне, а новорожденных с большой головой или кривоватыми ручками топили в реке.

- Ну, Олег Михайлович, вас уже совсем в античность занесло…

- Да? Тогда почему для меня представляет проблему зайти в любой подъезд? Почему мой товарищ-колясочник живет на четвертом этаже в здании без лифта? Почему больше половины магазинов в Хабаровске без пандусов? Поймите: социальная зрелость общества характеризуется его отношением к детям, старикам, павшим воинам и инвалидам. Все остальное – гримасы толерантности.

- Однако в СМИ мы постоянно слышим словосочетание «доступная среда». Значит, что-то меняется?

- Меняется. Скажем, федеральные закон 181 предусматривает при строительстве многоквартирных жилых домов обязательные пандусы. Но по факту, дома, построенные до 2016 года, в половине случаев их не имеют. На такие «мелочи» приемщики дома могут и внимания не обратить. Работает остаточный принцип. Устанавливать дополнительно пандус стоит больших денег. А бюджеты не резиновые.

- Давайте коснемся связанной темы – Параолимпийским движением. В Хабаровске оно активно развивается.

- Я бы сказал, параолимпийское движение в нашем городе постепенно приобретает более оформленные черты. Сейчас готовятся документы на создание отдельной федерации для людей в повреждениями опорно-двигательного аппарата. Было доступно 6-7 видов спорта, теперь станет больше. В Хабаровске очень развит бильярд для лиц с ограниченными возможностями, проводятся кубки дальневосточного и российского уровней. Проходят соревнования по дарцу, дзюдо, плаванию, настольному теннису. Собираемся внедрить любимый спорт нашего губернатора – фехтование. Во дворце стрелкового спорта уже предоставили место. Там же довольно много членов нашего сообщества занимается пулевой стрельбой и стрельбой из лука. Есть и близкие к спорту дисциплины. Скажем, танцы на колясках. Или соревновательное рыболовство. Я сейчас занимаюсь развитием инватуризма – еще одно перспективное направление. Этим летом, например, инвалиды-колясочники сплавлялись по реке Катен.

- Олег Михайлович, вот вы депутат гордумы, общественник, признанный спортсмен. Как все это успеть?

- Я называю это вновь наполненной жизнью. Знаете, я ведь, строительством занимался. И когда со мной на стройке произошел несчастный случай, и доктора мне сказали, что уже никогда не смогу передвигаться, мне казалось, что жизнь закончилась. Я чуть духом окончательно не упал. А потом такая злость взяла – ну как же я, здоровый мужик, полный сил, не дурак, образован, ничто человеческое не чуждо – и я опущу руки? Не дождетесь. Сейчас я работаю на своем избирательном округе, занимаюсь партийной деятельностью, отстаиваю права людей с ограниченными возможностями, зарабатываю на жизнь, вожу машину – у меня две золотых медали по авторалли. А знаете, почему? Потому что лежа, прикованный к больничной койке, дал себе обещание – когда-нибудь я сдам инвалидную коляску на металлолом, а на костылях сделаю шашлыки себе и своей семье.